На берегу реки Шешмы

Центром Кармалинского сельского поселения, граничащего с Елантовским и Старошешминским поселением, по-прежнему является русское село Кармалы, находящееся в 85 км от г. Нижнекамска, на берегу реки Шешмы, в 10 км от ее впадения в Каму. В поселении, раскинувшимся на площади в 8 тысяч га, проживает 1 394 человек, из которых 582 – в селе Кармалы, 562 – в селе Городище и 250 – в поселке Свердловец, расположенном на удалении в 7 км от Кармалов. До 50-х годов около Свердловца жила ещё одна маленькая деревенька Ташлычка, исчезнувшая в результате переселения её жителей в Свердловец.

Немного «Кармалогии»

В 6-м томе книги «Россия» полное географическое описание нашего «Отечества» 1902 года находим: «Верстах в 15 от Старошешминска, на левом притоке Шешмы расположено село того же названия, близ которого находится древний вал, обведенный рвом. В 1881 году здесь был найден клад в 4805 джучидских монет весом в 1/8 фунта».

Места эти, таким образом, включая и просторы нынешнего Кармалинского сельского поселения, были заселены издревле.

Топоним Кармалы – очень распространенный в Среднем Поволжье. «Карама» в переводе с татарского – вяз. В Янтиковском районе Чувашии тоже есть село Кармалы, известное с середины XVII века как селение служилых татар. Большие Кармалы (с татарским населением) в Камскоустьинском районе известны с периода Казанского ханства как Старые Кармалы. Есть село мордовское село Кармалка в Лениногорском районе РТ. В Кошкинском районе Самарской области находим село Новая Кармала, а юго-западной части Самарской Луки – село Кармалы, возникшее в 70-х годах XVII века и прежде называвшееся Кармал, Крамал. По мнению чувашского краеведа 50-х М.А. Емельянова, название происходит от чувашского «хурмал» («карагач» или «вяз»).

О «дорусском» происхождении села Кармалы говорит найденное здесь в 1960-е годы под обвалившимся берегом Шешмы каменное надгробие с надписью арабской вязью на татарском языке. «Здесь, видимо, было и массовое захоронение еще до русского периода, - рассказал настоятель местного храма отец Димитрий. При работах по обустройству территории, прокладке коммуникаций рабочие часто находили человеческие останки. Видимо, еще в старые времена место это не затапливалось разливами Шешмы и использовалось для захоронений».

Кармалы, как и расположенное рядом русское село Городище, основаны в XVIIвеке. На начало XX века в Кармалах проживало около четырех сот жителей, имелась средняя школа, церковь Святого Архистратига Михаила и два каменных дома, принадлежавших Поняевым, построенные в конце XIX- начале XX века. В Городищах – чуть больше трех сотен.

Местное население состояло из государственных крестьян, которые занимались в полеводстве, молочном скотоводстве и выращивании свиней. Высеивали рожь, овес, полбу, просо, лён, коноплю. Село Кармалы славилось ещё ткачихами и вышивальщицами. Они в свободное от работы время изготавливали шторы, подзоры, кофточки, наволочки…. Были здесь и мастера по обжигу кирпича, который шёл на продажу. Ткали изо льна и вили конопляные верёвки. Торговали рыбой, выловленной в Шешме, разводили в огородах бахчевые на продажу. Были мастера резьбы по дереву. На ярмарку ездили в Чистополь (40 км) и в Шереметьево. На пасху и по престольным праздникам мужчины из Городища и Кармалов бились стенка на стенку на кулаках.

Житель Городища Николай Павлович Тогулёв, занявшийся на склоне лет составлением семейной истории, в которой как в зеркале отразилась целая эпоха.

Он помнил рассказы родителей: «В Малом Толкише до революции был барин, и крестьяне там были бывшие крепостные. Тот барин был знаменит разведением свиней английской породы. Городище и Кармалы входили тогда в Малотолкишкинскую волость. Но здесь крестьяне были свободные. Старошешминск в те годы называли Старый Город. Туда возили на продажу кирпичи. У мусульман ближайшая гимназия была в Каргалях, а у русских – в Саврушах. Крестьяне жили тогда тесно, например, в семье моей матери было 18 человек, её отец, мой дед Жирнов в Елантово держал ветряную мельницу. В Кармалах мельницы появились позже – уже при советской власти».

Из образовательных учреждений ближайшими были четырехкомплектное двуклассное мужское начальное земское училище и трехкомплектное одноклассное женское в Старошешминске. Училища считались земскими, но львиная доля их финансирования приходилась на Министерство народного образования.

О том, что казацкая примесь в этих местах все-таки есть, говорит наличие сходства в местных старинных обрядах с анологичными у кубанских и донских казаков. Местные краеведы гипотетически относят к казачьим старинные местные фамилии: Платоновы, Махаловы, Мартьяновы, Лазаревы, Киселёвы, Филипповы.

Жители поселка Свердловец культурно и родственно связаны с Красным Яром, так как свердловцы являются выходцами из Красного Яра.

Краса и гордость округи

Стоит на берегу Шешмы в селе Кармалы двухпрестольный храм в честь Архистратига Михаила с приделом во имя святых Апостолов Петра и Павла, и сверкающие купола его видны из Елантова и Кулмаксы, а звон колоколов разносится по всей округе. Этот шедевр в русско-византийском стиле строился в 1882-1894 годах на средства прихожан. Новый храм строили из привозного кирпича, за которым гоняли подводы в Чистополь.

А до этого в селе было две деревянные церкви: летняя – Михаила Архангела и отапливаемая – Петра и Павла, построенные в 1793 году. С тех пор и престольных праздников в округе было два –Михайлов день (21 ноября) и День Петра и Павла (12 июля).

Служба в новом храме началась в июле 1894 года. Храм, «вобравший» две церквушки, имел, соответственно, два купола с золочеными крестами и высокую звонницу с пятью колоколами, на которой висел и пожарный колокол. Внутри церковь украшал резной золочёный иконостас. Куполообразный потолок, опирающийся на четырёхгранные колонны с ликами святых, украшало изображение Иисуса Христа. Купол был расписан летающими ангелами. В церкви было много дорогих икон.

14 марта 1939 года из Чистополя прибыл представитель власти. Он собрал активистов из сел Кармалы и Городище, и при огромном скоплении народа те сняли колокола с церкви. Самый большой отправили в Чистополь, старожилы утверждают, что он и сейчас – на звоннице одной из тамошних церквей. Пожарный колокол увезли в Кармалинскую пожарную часть. Храм стал зерноскладом. Иконы были уничтожены, но часть их тайно унесли в дом Александры Ивановны Гарнышевой, в том числе и уникальную икону Иверской Божьей Матери ( в 1995 году она была украдена из церкви). Тайные собрания верующих в этом доме часто разгоняли с помощью милиции, участников наказывали.

Лишь в 1989 году храм возвращен Казанской епархии, а 22 декабря 1990 года в еще не отреставрированной церкви началась служба. Жители с. Кармалы, Городище, Елантово, Буденовец, Свердловец собирали деньги, несли в церковь сохраненные иконы и церковную утварь.

Центр жизни – школа

Небольшое деревянное здание: несколько классных комнат и учительская, - такой была четырехклассная школа, построенная земством в 1908-12 годах в Городище. Кармалы для этого не подходили – каждую весну паводок затапливал село. Её открыли в 1912 году, о чём один из первых учеников Александр Иванович Павлов вспоминал так: «Заведовал школой Иван Сергеевич Ширингин. В Городище он приехал из Перми, был очень уважаем в деревне. Человек веселого нрава, он хорошо играл на гармони и пел».

Наполняемость классов была невелика, за партами сидели ребята разного возраста, в основном мальчики. Когда в 1930-х годах заведование школой приняла Анна Алексеевна Короннова, приехавшая из Камских полян, в классах было уже по три десятка учеников. Кроме директора, работали три учителя.

Тяжело и учителям, и ребятам пришлось в годы войны. В начале 40-х преподавать в Городищенскую школу пришла Прасковья Ивановна Андриянова. Когда-то сама училась здесь, окончив затем семилетку в с. Елантово. В 1937 году поступила на Чистопольский педагогический рабфак. Мечтала учиться дальше, но в Казанском университете проучилась лишь несколько месяцев: в 1940 году Сталин издал указ о платном обучении в вузах. Плата составляла 300 рублей в год. Таких денег у Прасковьи не было, девушка вернулась домой и трудилась в родной школе без малого сорок лет. За это время педагог получила немало наград, а первой стала медаль «За доблестный труд в годы Великой отечественной войны». Тогда молодая учительница не знала ни сна, ни отдыха. Учителям приходилось добывать дрова, чтобы протопить школу. «Запрягали быков и повозку, поехали за деревню Кулмакса в лес. Снега по пояс, топоры тупые, от голода нет сил, - вспоминает Прасковья Ивановна.- Кое-как к вечеру наполнили дровами сани. Домой едем, по дороге оглобли сломались, а у нас только женщины! Словом, домой только в два часа ночи приехали. И сразу – пилить и колоть дрова: надо к утру классы натопить».

Утром в классах появлялись голодные ребятишки. Одно спасение: за то, что педагоги и школьники помогали колхозу жать серпами просо, им бесплатно давали пшено. Из него в школе варили кашу и кормили детей. Чернила – из сажи, вместо тетрадей- старые книги и газеты: писали на полях и между строк… Но так велика была вера в Победу, что сил хватало и на концерты, и на постановку школьных спектаклей. Собирали деньги на покупку танков, теплые вещи для фронтовиков; поддерживали те семь, куда приходили похоронки. «Однажды местные умельцы сделали из фанеры фашиста, с руками и ногами, которые двигались, когда дергаешь за идущие от них веревочки. Получалось, что фашист сам себя бил руками,- вспоминает Прасковья Ивановна.- А сельчане еще швыряли в него грязью и плевали! Такой выход эмоциям дали!»

И вот, наконец, настал тот день, когда жители прошлись по родной деревне с флагами и пением под гармонь «Катюши». Новую, послевоенную жизнь решили начать со строительства школы-семилетки. В 1951 году заведующей Городищенской школы была назначена Прасковья Ивановна Андриянова. Когда же в 1953 году открыли семилетнюю школу, её директором стал Петр Семенович Клюшин.

В те же годы открыли начальную школу и в Кармалах. Школа в Городищах вскоре стала восьмилеткой. Туда ходили ребята из Кармалов, Городища и Елантова. Школа работала до ноября 1980 года, а затем «переехала» в здание Кармалинской начальной школы.

Директором в то время была Валентина Егоровна Киселева. Имена ее учеников известны в районе и за его пределами. По примеру любимой учительницы много лет педагогической профессии отдал и нынешний директор Юрий Евгеньевич Шишкин – тоже ученик Валентины Егоровны Киселевой.

Прекрасными педагогами показала себя Зоя Федоровна Скопина, Валентина Васильевна Исаева, Таисия Алексеевна Нихорошкина, Галина Павловна Ермилова и многие другие.

Многое изменилось, когда в октябре 1982 года в Кармалы прибыл молодой учитель математики Максуд Мидихатович Садретдинов. Вечера отдыха, поездки в театры, музеи, походы – от стал инициатором многих интересных дел, сплачивающих коллектив. Энергичного, деятельного учителя избрали председателем профкома.

В 1985 году был заложен фкндамент новой школы. Но на этом дело и застопорилось. Стало ясно: нужен деловой, «пробивной» директор. Выбор пал на Максуда Садретдинова. За неполные четыре года директор освоил профессии снабженца, прораба и даже грузчика. Стройку закончили в рекордный срок – 1 сентября 1989 года дети вошли в новые классы, оснащенные современным оборудованием.

Первые годы советские

Отголоском гражданской войны стал небольшой лесок в 13 км от села Кармалы – Красный колок, названный так после ожесточенных боев в марте 1919 года, в момент наступления колчаковцев от Чистополя и Большого Толкиша на Елантово и Городище. Части красных сосредоточились в этом лесочке (колке) недалеко от деревни Городище. Туда же, скрываясь от солдат Колчака, выехали многие семьи из Городища и Кармалов. Но доехать они успели только до оврага, который назывался Ржавец. Началась стрельба, люди бросились в овраг, ища там спасение. Колчаковцев было намного больше, рассказывали сторожилы, и красноармейцы начали отступать к Елантово. У Мохового болота много красноармейцев погибло, еще больше утонуло. До сих пор в болоте находят ружья и штыки того времени.

В 1929 году образовались два колхоза: «Свобода» (в Кармалах) и «Свободный труд» (в Городищах), чуть позже - колхоз «Буденовец» (в Свердловце). Беднота в колхоз пошла сразу же, середняки думали: ходили слухи, что обобществлять будут всё - от лошадей до жён. В Городищах по-настоящему богатой была лишь семья Будариных, имевшая каменный дом (в нем теперь местный клуб), шерстобойку с тремя машинами, мельницу, машину для обдирки проса. Дочь Ивана Бударина была снохой председателя колхоза «Свободный труд» Михаила Ивановича Лазарева. Бударины, видимо, были предупреждены и ночью скрылись. Потом узнали, что они живут в Горьком. В селе остались лишь их родственники, которых и высели, забрав всё.

В Кармалах зажиточными были Скопины, Гаранины, Антиповы и Мартьяновы. Высылали и середняков обоих сёл: Журавлевых, Фартаковых, Федосеевых…. О раскулачивании Журавлевых рассказывала их соседка Мария Алексеевна Зитонова: «Около их двора собрались почти все жители Городища. Из дома выносили всё, даже юбки сняли с дочерей. Скотину увели. Подогнали лошадь. Тетя Поля Журавлева молилась перед иконой (Андрея Журавлева увезли раньше). И как она стояла перед иконой на коленях , так и выползла во двор, проползла весь двор, а потом и переулок. Плач был такой, что волосы дыбом. Журавлевых все в деревне любили. Увезли их в Чистополь. Потом их родственники сообщили, когда их будут отправлять в Сибирь. Мы собрались несколько человек, вышли с вечера и пошли в Чистополь пешком. Пришли в пять утра, их как раз выводили из тюремного двора. Конвой сопровождал этих мучеников до пристани. Там уже стоял пароход. Вся пристань была битком набита провожающими, стоял плач. Детей – Настасью и Петра – потом отпустили. А родители писали из Челябинска – места их ссылки».

Вот еще несколько воспоминаний, записанных школьниками со слов стариков.

Анна Ивановна Федосеева: «Мы были середняками. Была у нас лошадь, корова, овцы, свиньи. Отец боялся вступать в колхоз. Соседка сообщила, что придут раскулачивать: у неё на квартире жил уполномоченный. Мне 17 лет было. Я решила кое - какую одежонку спрятать. Надела на себя несколько юбок, кофт, взяла коромысло, вёдра и пошла за водой. По дороге забежала к соседке: раз у них уполномоченный живет, значит, искать у неё ничего не будут. Сняла юбки, кофты, увязала в узел и закинула на баню. А остальное все у нас так и забрали. Из дома выгнали, мы жили в бане».

Анна Михайловна Анисимова: «Мы жили по среднему. Скотина была вся: корова, лошадь, овцы, свиньи, гуси, куры. Но и работали, не покладая рук, зимой и летом. У нас все забрали, из дома выгнали. Стали жить у родственников. Отец сумел спрятать тулуп, но нашлись люди, рассказали. Пришли отнимать тулуп, отец не отдаёт. Они его бить стали, разбили лицо в кровь, тулуп забрали и ушли. А потом ещё страшнее горе случилось. С поля колхозники хлеб убрали. Мой брат, ему четырнадцать было, пошёл колоски собирать – мы с голоду умирали. Его поймали и осудили на десять лет. Просидел в тюрьме все 10 лет до последнего дня».

Евдокия Михайловна Лукоянова: «Когда раскулачивали, я ещё маленькая была. В семье 11 детей. Если бы мы в колхоз вступили, всю скотину надо было туда сдать. Мы бы с голоду умерли. Спасла швейная машина «Зингер». Тятя с мамой на ней оба шили. Тятя одеяла стегал, фуфайки шил, тулупы. Мама – платья, кофты, юбки. Машин швейных в деревне больше не у кого не было, все к нам шли. Когда раскулачивание началось, мы машинку в саду закопали. Но ведь все в деревне знали, что у нас машина есть. Заставили её руками выкапывать… Всё забрали, как мы с голода не умерли, не знаю».

Анастасия Павловна Чекмарёва: «Когда нас раскулачивали, мы всю хорошую одежду на себя надели. Думали, с нас не будут снимать. Мать надела тулуп, ребёнка на руки взяла и стала грудью его кормить. Думала этим тулуп спасет. Уполномоченный из района приехал, а с ним и наши активисты: Михаил Мартьянов, Михаил Зитонов, Павел Скопин. Уполномоченный писал, а они все вытаскивали. И одежду, и посуду. Начали с мамы тулуп снимать, ребенка силой отняли, он кричит, а они тулуп сдирают. Вещи раскулаченных они потом продавали на торгах в деревне или увозили в Старошешминск на базар. В дома заселяли бедняков, а некоторые дома пустые стояли».

Первым председателем колхоза «Свобода» был Петр Максимович Зиновьев (1929 по 1950 г), а колхоза «Свободный труд» - Михаил Николаевич Лазарев.

Обобществляли всё: не только лошадей, коров, овец, но и домашнюю птицу, сельхозмашины, мелкий инвентарь. Людей, не пожелавших вступить в колхоз, лишали земли. Крестьян обкладывали продовольственным и денежным налогом, изымали дома и скот. Раскулаченных высылали в Сибирь, многих сажали в тюрьму. К 1933 году коллективизация завершилась, в колхозе воцарилась строгая дисциплина.

Землю пахали плугами, на лошадях. За пахарями шли рядами колхозники старшего возраста, руки которых были привычны взвешивать норму высева семян. Полученный урожай распределяли по трудодням. С первых дней организации колхозов стали развивать овощеводство, садоводство. На бахчах выращивали арбузы и дыни. В саду посадили яблони, черную смородину, малину. 12 лет довоенной жизни колхозы постепенно богатели. Появились фермы КРС, овец, свиней, птицеферма, пасеки. Строились склады и зернотоки.

Лихолетье и послевоенные годы

В 1941 году в колхозе остались только старики и дети. Мужчин, по тем или иным причинам избегнувших призыва, увозили по ночам. Так забрали Михаила Алексеевича Япаева и Александра Васильевича Мещерякова, вернувшегося домой лишь после войны.

Колхозники работали с 5 утра до 20 часов, с перерывами на кормление и отдых лошадей, тогда же ели и отдыхали люди. Лошади в обед имели на час отдыха больше, чем люди.

Анна Ивановна Федосеева вспоминала позже: «Как вспомню, как жили, волосы встают дыбом. Пахали на себе, собирались по 5-6 человек, впрягались в плуг и тащили. Самое страшное – голод. Сами ладно, дети голодали – пухли от голода. Дадут в поле затирухи немного, завернем её в лопух и бережём для детей».

Полное рабочее время было установлено 12 часов. Выход на работу – по сигналу колхоза. Нарушителей лишали земельного участка и исключали из колхоза. Так были исключены в апреле 1942 года семьи П.И. Зиновьева и А.М. Нихорошкиной. Труд колхозников оплачивался куском хлеба из лебеды и трудоднем, который ничем не оплачивался, но социалистические обязательства росли. В колхозе «Свобода» на 1944 год ставилась задача увеличить площадь посева яровых на 90 га, добиться среднего урожая зерновых 15 ц\га, яровой пшеницы 13,5 ц, проса 12 ц, картофеля 120 ц. Сев обязались провести за 15 дней, а сдачу хлеба государству завершить к 15 октября. До 1 га был увеличен план посадки лесозащитных полос. В помощь колхозному скоту привлекались 10 голов личного КРС колхозников.

О состоянии колхоза говорит такое обязательство: довести поголовье лошадей до 63 голов, КРС – 115 голов, овец – 205 голов, свиней – 75 голов. Увеличить надои молока на корову до 1 500 кг, настриг шерсти до 3 кг. Война довела хозяйство до крайности.

В ноябре того же 1944 года в протоколе было отмечено, что план по продаже зерна выполнен лишь на 25 процентов.

Кроме работ в поле, колхозникам нужно было отработать и на лесозаготовках. За неявку и невыполнение плана отдавали под суд. Так был отдан под суд в декабре 1944 года бригадир 1-й бригады М.И. Топорков. В его бригаде, не выполнившей план, было всего три лесоруба, одна из которых Анна Григорьевна Плетнева, была многодетной матерью.

На суд угодила и Анна Николаевна Миронова, отказавшаяся ехать в лес, потому что у неё маленький ребенок. В эти же декабрьские дни 1944-го пострадал и 60-летний бригадир 2-й бригады И.С. Ермилов.

Наступила весна 1945 года. Семьи ждали мужчин, надеясь с ними быстрее поднять хозяйство. Но дорогой ценой досталась Великая Победа: ушли на фронт 492 человека, многие из которых остались на полях сражений. Среди них и Герой Советского Союза Дмитрий Карпович Привалов – уроженец поселка Буденовец. В 2005 году, по инициативе генерального директора ООО «Химокам» Михаила Александровича Демидова, на центральной площади села Кармалы был возведен памятник в честь воинов – земляков, погибших в годы Великой Отечественной войны.

А вернувшиеся с фронтов быстро включились в работу родных колхозов. В 1949 году на полях появились машины: 1 комбайн и 1 молотилка. Прицепщикам платили 1 кг зерна за трудодень. Правление колхоза «Свобода» в октябре 1949 года премировало за хорошую работу трёх победителей жатвы: 1 место – 8 кг зерна, 2-е 4 кг, 3-е -2 кг. Премии животноводов: за 1 и 2 место – теленок до года, 3-е – 4-х месячный ягненок.

На ряду со строительством ферм, складов и производственных помещений, силами колхозов «Свобода» и «Свободный путь» началось строительство своей электростанции.

В 1950 году «Свободе» выделили самоходный комбайн. Председателем тогда был избран Михаил Александрович Мартьянов, бывший парторг. Осенью 1951 года вышло постановление об укрупнении колхозов, «Свободу» объединили со «Свободным путем» - так родился колхоз «Гигант», возглавлял который Николай Андреевич Миронов. Тогда же на трудодни военных лет получили хлеб.

С 1952 года доходы колхоза стали расти. Началось строительство зернотока в деревне Городище, начали строить и восьмилетнюю школу. Колхоз купил две автомашины, была достроена электростанция, пущена пилорама, сформирована тракторная бригада.

В феврале 1956 года председателем был избран Евгений Федорович Шишкин. Колхозники начали получать зарплату, а не трудодни. Росло поголовье скота, увеличивались надои. Село обновилось: за четыре года дома сбросили соломенные крыши, появились добротные дома с хозяйственными постройками. В банке колхоз «Гигант» имел солидный счет, став за время появления Шишкина миллионером.

В 1978 году председателем колхоза стал молодой инициативный агроном Леонид Павлович Миронов. Все силы и средства бросили на строительство коттеджей, ферм и дороги Кармалы - Нижнекамск. Многие молодые семьи получили квартиры в коттеджах. Началось строительство новой средней школы в селе Кармалы и Дома культуры.

Эра ООО «Химокам-Агро»

Через дорогу от деревни Городище, на той же возвышенности, расположены производственные площади хозяйства: административные здания, машинный двор с множеством техники, ферма и свинокомплекс, склады и зернохранилище. Неподалеку – коттеджный поселок из 14 домов из красного кирпича в одну улицу, построенный в 2000-2001 годах. Улица эта территориально относится к селу Кармалы и носит имя Демидова.

Михаил Александрович Демидов в конце 90-х буквально вдохнул жизнь в умерший колхоз «Гигант».

В перестроечный период колхоз пришел в упадок, поголовье скота сократилось, техника развалилась, на приобретение новых машин не хватало средств, а колхозникам перестали платить зарплату, молодёжь массово уезжала в город. Нина Григорьвна Зитонова, возглавляющая с 2002 года поселение вспоминает: «В декабре 1998-го «Гигант» был банкротом. А в апреле 1999-го пришёл инвестор. Генеральный директор ООО «Химокам» Михаил Александрович Демидов, начинавший бизнес на «Нижнекамскнефтехим», решил вложить средства в сельское хозяйство. Сам он уроженец г. Нижнекамска, но жена его отсюда родом. Он выкупил земельные паи у бывших колхозников здесь и в соседних сельских поселениях и заново наладил производство».

Преобразилось и село: улицы украсились новыми современными домами, офисами, магазинами. В Кармалах и Городище выросли 70 новых домов: 135 одно, двух и трехкомнатных квартир. Поставили обелиск памяти павших в Великой Отечественной войне. Вместо ФАП появилась Врачебная амбулатория со стационаром на 5 коек. В Кармалах был заменен водопровод, село полностью газифицировано.

Местные жители с благодарностью вспоминают рано умершего в 2005 году в возрасте 50-ти лет Михаила Александровича Демидова, который всего за шесть лет сумел благоустроить быт сельчан….